София Брайт

– Я ухожу, – брюнетка выхватила у моего мужа из рук тест. Но Марк будто и не заметил, как она исчезла. – Теперь ты уже не отвертишься от правды, Марк. – Маша, это ничего не доказывает. – А ей ты говорил совсем иначе, – припомнила я подслушанное. – Я просто не хотел, чтобы она закатила истерику. Она для меня никто. Пустое место. – Значит, это «пустое место» родит тебе ребенка. – Этого не будет, – жестко оборвал он. – Ты моя жена. И рожать мне будешь только ты. – Теперь уже я могу сказать: этого не будет, Марк. Ты мне изменял. Я не смогу жить с тобой. – Сможешь. Ты жена губернатора. Мы связаны. – Все закончено. Я подаю на развод! – Развод – только через твой труп, Маша. Вдовец на выборах выглядит куда выгоднее. Запомни. Идеальный муж, образцовый семьянин, неподкупный чиновник – именно так его рисовали СМИ. Я тоже верила в эту картинку, пока очередные слухи о его изменах не оказались правдой. Я узнала, что его любовница беременна, и решила уйти. Но он не собирается меня отпускать.

— Володя? — сонно отвечаю на звонок мужа. — Так нравится, Владимир Петрович? — вместо него в трубке звучит женский, нарочито ласковый голос. — Да, малышка, не останавливайся, — слышу ответ Володи. — А твоя наседка так умеет? — Молчи. Просто продолжай. Меня сковывает ледяной страх. Дальше слов почти нет — только их стоны, тяжелое дыхание и то, как он называет ее «сладкой девочкой». Я не понимаю, почему не прекращаю вызов, будто сама толкаю себя глубже в эту пропасть. Потом слышатся шаги, и девушка наклоняется к телефону, шепча прямо мне: — Ну что, услышала, старая курица? Теперь подвинься. Он будет мой. Двадцать пять лет брака — и я по телефону становлюсь свидетельницей его измены с собственной секретаршей. Она требует уступить место. И я не собираюсь держаться за человека, который месяцами лгал мне. Очень скоро станет ясно: без моей опоры он — пустое место, и он еще попытается убедить меня, что все не кончено. Но для нас это конец. А для меня — только начало.