Лето, пляж, зомби

Они были уверены, что стены их твердыни спасут, что чужая кровь, каторжный труд и страх помогут им бесконечно удерживать Крым в кулаке. Но залпы наших «Градов» сравняли Белогорск с землёй. Назад пути больше нет. Мои бойцы вымотались войной и решили уйти. Я остался один — и всё же не отступлю. Впереди дорога на восток и новая цель. Чтобы дотянуться до неё, придётся поставить всё на кон: войти в доверие к бандитам, проникнуть в их ряды и развалить систему изнутри. Цена ошибки предельна: либо я доберусь до самой верхушки и уничтожу её, либо погибну. Но остановиться уже невозможно.

Они надеялись укрыться за крепостными стенами, веря, что принуждение и страх помогут им бесконечно удерживать Крым в своих руках. Но залпы наших «Градов» сравняли Белогорск с землёй. Пути назад для меня больше нет. Мои бойцы вымотались войной и решили уйти — я остался один. Но капитулировать не собираюсь. Впереди — дорога на восток и новая цель. Чтобы дотянуться до неё, придётся поставить всё на кон: втереться в доверие к бандитам и разрушить их систему изнутри. Цена ошибки предельная: либо я доберусь до самой верхушки и уничтожу её, либо погибну. Отступать уже поздно.

«Вороны» представляют собой не просто группу бандитов, а целую армию, стремящуюся создать новое государство на территории Крыма. Они подчинили себе большинство поселений, взимают дань и устанавливают свои законы и порядок. Я восстановился после ранения и готов вступить в бой. Мы не позволим этой группе бывших преступников управлять нами, и мы будем бороться за нашу свободу. Нас ждет настоящая война, и выбор у нас небольшой: либо победить, либо умереть.

Мы мчались к спасению, пробиваясь сквозь ад – сквозь свист пуль, кровь и тела погибших. Я полагал, что веду их к жизни и выживанию, но в итоге привёл к пропасти. Я был на грани смерти, но Лика спасла меня, доставив в Дачное, подарив мне второй шанс. Пока я находился без сознания, в село пришли новые захватчики: они обложили нас данью, забрали женщин и отобрали оружие. Опять кто-то считает себя вправе решать, кто из нас достоин жить, а кто – умолять о милосердии. Я ещё не готов к сражению, но я жив, и понимаю: пока ты дышишь, у тебя есть выбор. Можно опустить руки и сдаться... или встать и бороться. Я выбрал бороться.

Меня зовут… Черт, какая разница, как меня зовут? Я все равно не помню. Очнулся среди зомби, со шрамами на голове и амнезией. Единственное, что у меня осталось из прошлого – это военный жетон на шее и инстинкты. И инстинкты говорят мне одно: выживай.В этом городе больше нет законов, только голодные живые мертвецы и еще более голодные люди. Те, кто вцепился в жизнь зубами, и готов перегрызть горло любому, лишь бы прожить еще день.У меня нет друзей. Нет прошлого. Только оружие, которое я нашел, и группа людей, которые теперь зависят от меня. Я не лидер, но они смотрят на меня, как на последнюю надежду. Зря.Я не спаситель. Я не герой. Я не тот, кому стоит доверять.Но если мы хотим выжить, мне придется научиться играть в эту игру.