Арлекин

Не так уж и страшно быть придворным шутом-киллером при императоре. Особенно если ты из верхушки одарённых и тебе позволено почти всё. Почти — потому что есть клятва верности, которая связывает по рукам и ногам его драгоценному величеству. Только клятва была не моя. Император просчитался, и мои цепи рассыпались. Теперь я свободен. Правда, для этого мне пришлось умереть и провести в небытии… постойте, сколько там лет? Да и какая разница. Главное — теперь ничто не остановит меня: я верну себе право на собственный клан, который у меня отняли. Ну что ж, здравствуй, новая эпоха…

Быть императорским шутом-убийцей — не так уж и ужасно. Особенно если ты из высших одарённых и тебе дозволено почти всё. Почти — потому что есть клятва верности его драгоценному величеству, стягивающая руки и ноги. Только клятва эта была не моей. Но император просчитался, и мои цепи рассыпались. Теперь я свободен. Правда, за эту свободу пришлось заплатить смертью и провалом в небытие — постойте, на сколько там лет? Да и какая разница. Теперь уже ничто не остановит меня: я верну себе имя и возрожу собственный клан, право на который у меня отняли. Ну что ж, здравствуй, новая эпоха…

Быть императорским шутом-убийцей — не так уж и ужасно. Особенно если ты из числа высших одарённых и тебе позволено почти всё. Почти — потому что есть клятва верности его бесценному величеству, стягивающая руки и ноги. Только это была не моя клятва. Но император просчитался, и мои цепи рассыпались. Я снова свободен. Правда, ради этого пришлось умереть и исчезнуть в небытии… погодите, на сколько лет? Впрочем, какая разница. Теперь мне ничто не мешает вернуть себе то, что у меня отняли, — и возродить собственный клан, на который я имею право. Ну что ж, здравствуй, новая эпоха…