Илья Алёхин

Дракула – не просто легендарный вампир, но и историческая личность, прославившаяся не только и не столько своими победами и поражениями, сколько небывалой жестокостью. Но можно ли сейчас отделить образ вурдалака из страшных сказок от реального Влада Цепеша? Давайте попробуем разобраться! Возьмите книгу Дмитрия Тараторина и окунитесь в атмосферу пугающего и чарующего Средневековья, откройте двери старинных замков, пройдитесь по улочкам древней Сучавы и познакомьтесь с жестокими нравами того времени! Аккуратно, не прогневайте Влада, вы ведь не хотите оказаться посаженным на кол! Дракула – не просто легендарный вампир, но и историческая личность, прославившаяся не только и не столько своими победами и поражениями, сколько небывалой жестокостью. Но можно ли сейчас отделить образ вурдалака из страшных сказок от реального Влада Цепеша? Давайте попробуем разобраться! Возьмите книгу Дмитрия Тараторина и окунитесь в атмосферу пугающего и чарующего Средневековья, откройте двери старинных замков, пройдитесь по улочкам древней Сучавы и познакомьтесь с жестокими нравами того времени! Аккуратно, не прогневайте Влада, вы ведь не хотите оказаться посаженным на кол!

16+ Новый император. Новые проблемы. Новые заговоры. Веромир Бельский, может и сам не рад что оказался в центре этой жизни полной интриг, предателей и настоящих друзей. Только вот имеется еще и виртуальная игра, события в которой все болььше и больше соприкасаются с реальностью. А если вспомнить о девушках которые строят весьма непрозрачные планы… а если… но что делать. Надо взять себя в руки и продолжать. Продолжать идти к своей цели!

Окунитесь в мистическое странствие молодого художника-волонтёра, который внезапно оказывается в самом сердце войны. Современный художник из либеральной среды отправляется волонтёром в зону СВО, попадает под удар беспилотника и пытается выйти к своим через серую зону. Лицом к лицу со скрытыми страхами и проходя через странную, почти обрядовую инициацию в русском поле, он снова и снова возвращается памятью к своему первому путешествию в ещё непризнанные «пиратские» республики Донбасса времён Минских соглашений. Его проводником по границе реального и потустороннего становится легендарный ополченец по прозвищу Хвост.

Научно-популярная книга заместителя директора центра Института мировой военной экономики и стратегии НИУ ВШЭ, доцента Георгия Асатряна, в которой автор последовательно разбирает происхождение и развитие американских консервативных и либеральных идей — от пуритан и отцов-пилигримов, через мировоззрение отцов-основателей, до современности. Работа Георгия Асатряна входит в серию «Популярная политика», посвящённую ключевым геополитическим темам в России и мире. Политика действующего президента США Дональда Трампа рассматривается здесь через призму обстоятельного исторического анализа американского консерватизма. В книге дано цельное изложение темы: от религиозных общин первых переселенцев до сегодняшних политических и экономических элит. Читатель узнает, как складывалась идеология трампизма, часто связываемая с «реднеками» и противопоставляемая либеральной традиции. Опираясь на многолетний академический опыт, включая работу в США, Георгий Асатрян развенчивает распространённые клише об Америке и без предвзятости описывает текущее состояние российско-американских отношений.

Шахрияр, недавно завершивший аспирантуру и являющийся отцом девятилетней Анны, вскоре должен покинуть Соединенные Штаты, так как срок его визы истекает, и вернуться в Бангладеш. В последние дни перед отъездом он делится с дочерью рассказами о своей родине, переплетая их с семейными историями. Девочка ярко представляет себе картины из прошлого: разрушение рыбацкой деревни на берегу Бенгальского залива под натиском мощного урагана… судьба японского пилота, чей самолет потерпел крушение в этих краях во время Второй мировой войны… отчаяние семьи из Калькутты, вынужденной покинуть все и бежать в Восточный Пакистан после раздела Индии… Жизнь иногда напоминает ураган, который стремительно меняет человеческие судьбы, и в этом хаосе уцелеть помогают любовь, семья и забота о будущем детей.

Врата пряностей – чудесный портал, соединяющий восемь королевств. В каждом из них выращивают только одну специю, но не могут обойтись без остальных. Поэтому в торговле пряностями заинтересованы все – воины, жрецы, убийцы, блюстители престолов… Однако пройти через Врата могут только люди с врожденной меткой, и это вовсе не является привилегией. Их называют носителями, они принадлежат к низшей касте, презираемой и живущей в нищете. Проход через Врата всегда причиняет страдания, но неужели плата за неведомые грехи прошлых воплощений так высока?.. Вырваться из жестокой кабалы и увезти своих родных на далекий остров мечтает молодой носитель Амир. В попытках осуществить свой дерзкий план он невольно впутывается в заговор, который может навсегда изменить хрупкое равновесие между королевствами…

История одной из самых ранних экспедиций по освоению русской Арктики — это череда ярких и драматичных событий. В июле 1912 года шхуна «Святая Анна» вышла из Санкт-Петербурга, а уже в октябре была зажата льдами Карского моря и вместе с их дрейфом быстро уносилась на север, к Новой Земле. Попытки выбраться из ледового плена оказались безуспешными, и часть команды приняла решение уходить на материк. Переход, который рассчитывали пройти примерно за месяц, растянулся на четыре. Из одиннадцати человек, покинувших судно в апреле 1914 года, до Земли Франца-Иосифа добрались лишь двое — штурман Валериан Альбанов и матрос Александр Конрад. В этом издании впервые собраны вместе оба свидетельства выживших участников экипажа «Святой Анны».

На протяжении веков мифы и хроники Древнего мира не перестают будоражить воображение. Флобера завораживал Карфаген — держава, которую многие античные авторы рисовали жестокой и варварской. А в Новое время в Эгейский край потянулись путешественники и искатели древностей, взволнованные тем, что идут по земле, где когда-то ходили Перикл, Сократ и Платон. Известный историк Античности Адриенна Мэйор изучает тонкую грань между преданием и фактом, показывая, какие реальные события и явления скрываются под слоями легенд и фольклора. Десятилетиями она разыскивала удивительные «чудеса» и загадочные редкости, опираясь на археологические данные, малоизвестные свидетельства и дошедшие до нас фрагменты древних текстов. «Когти грифона и летающие змеи» — настоящая сокровищница из 50 самых поразительных, а порой и остроумных находок. Крепости южной Греции и Древний Китай, настоящие мамонты и вымышленный дракон, поверженный Зигфридом, Алтай и Аравия — вместе с автором читатель путешествует по эпохам и территориям, чтобы заново открыть неожиданные факты о мире древних.

«Пойди туда, не знаю куда» — это вовсе не абстрактная формула, а почти точный маршрут, как и Кудыкина гора, не говоря уже о Тридевятом царстве. И если вы до сих пор не представляли, где всё это искать, теперь у вас есть возможность разобраться. Остров Буян, Беловодье, Земля Санникова, Земля бородатых и Китеж-град — не просто фантазии; а если и фантазии, то не случайные: когда-то их придумали не без смысла. О том, что скрывается за этими «сказочными» и вполне реальными топонимами, а также как, куда и каким образом можно до них добраться, читайте в новой книге Кирилла Королева «От Лукоморья до Буяна».

Французская революция XVIII века представляла собой удивительное противоречие для всего мира. Стремление к правам человека и свободе народов привело к жестоким репрессиям и массовым казням. Революция не только уравняла права граждан в глазах закона, но и повысила их шансы попасть под гильотину. Исследование Мишель Биар и Марисы Линтон посвящено этому удивительному противоречию, погружая читателя в мрачные времена Революции, известные как период террора. Вопрос заключается в том, был ли террор результатом хаотичных экзекуций Максимилиана Робеспьера или же он был тщательно продуманной политикой революции. Какие философские идеи, страхи и надежды подпитывали агрессию среди народа, и почему политики пренебрегли правами человека, начав нарушать закон, чтобы якобы его защитить? Террор стал не только широко известным лозунгом и политической концепцией, представляющей предмет ожесточенных дебатов и теоретических обоснований, но и явлением, глубоко укоренившимся в Революции и среди революционеров. Усиливающиеся страхи и эмоции, постоянные конфликты и радикализация репрессивного законодательства, а также напряжение в политической борьбе в Конвенте и вокруг него, способствовали зарождению, развитию и поддержанию террора.