Оливия Лейк

Он: меня жгла, переполняла ненависть. Благодаря ей я выжил. Пять лет я ждал, чтобы отомстить: за смерть брата, слезы матери и горе отца. Меня лишили семьи, дома, свободы, но я вернулся и буду беспощаден. Никакого снисхождения. Я уничтожу своего врага и начну с его дочери… Она: я всегда жила в золотой клетке с тяжелыми, очень тяжелыми замками. Вышла замуж, чтобы вырваться из-под власти отца, но оказалась в руках подонка мужа. Я больше не ждала «завтра», пока не появился Он. Жесткий, властный, неприступный. Он похитил меня, чтобы я стала орудием мести. Он меня погубит… Содержит нецензурную брань.

— Я не искал бабу, но не отказался, когда подвернулась! Я хотел развеяться. Встряхнуться. Думал, это поможет перестать злиться. Ты раздражаешь меня, Машка. Бесишь. Я не хочу развода, но я устал от такого брака. Я хочу рядом ту женщину, на которой женился, а не эту... — Да пошел ты! — Машка бросилась к выходу, но я поймал. — Пусти! — едва спас глаза от ногтей, когда вырываться начала, дубасить, куда попадет. — Пусти, сказала! Я подчинился, но был готов, что снова сорвется. Так и вышло. Только бросилась ни к выходу, а к столу. И схватила мой пистолет… — Не наводи оружие на человека, если не собираешься стрелять. — Уходи. — Так ты убить меня хочешь? — изумленно изогнул бровь. — Тогда сними с предохранителя...

— Ты себя вообще слышишь?! — не выдержала я. — Ты меня с дочерью из дома выгнал, чтобы потусить, а сейчас приехал как ни в чем не бывало! — Не ори. Ребенка разбудишь, — надменно одернул. — Домой поехали. — Нет, — твердо ответила. — Так невозможно жить, Артур. Пока я не увижу реальных изменений, мы не вернемся. — Знаешь, ты тоже изменилась, Кира. И я тоже хочу свою прежнюю заю. Красивую сексуальную крошку. И тем не менее готов и такую тебя обратно принять. — Ты готов?! — аж задохнулась от возмущения. — Да пошел ты! — Окей, пойду, — высокомерно ответил. — Поеду в Сочи на лыжах кататься. Хотел вас взять, но раз ты такая гордая… Думай, Кира, думай. У тебя неделя. И помни, что свято место пусто не бывает... Через несколько дней я вернулась домой за вещами и увидела, почему изменился мой муж. Он не хочет разводиться, но я буду бороться за себя, дочь и наше с ней будущее!

Он и она – два успешных адвоката на пике карьеры. Каждая встреча – настоящая битва. В зале суда – умов, вне его – характеров. Но когда в дело вмешиваются чувства, соперничество выходит на новый уровень. А когда в отношения вступает третий игрок – человек, с чьим мнением и желаниями придется считаться, – неминуем взрыв. Впереди у героев громкие победы и сокрушительные поражения, огромная власть и большие деньги, ложь, интриги и, конечно же, любовь…

— Что это? — спросила у мужа, когда в очередной раз приехал из офиса поздно. От него пахло женскими духами, не сильно, едва-едва, но я заметила. Так же, как и помаду на белоснежной манжете. Свят, не успев скинуть брюки, повернулся и подошел: увидел пятно и закатил глаза. — У тебя паранойя, Ярина? — убийственный взгляд и поразительное спокойствие в голосе. — Это помада, Свят! — перешла на повышенные. — У тебя на рубашке чьи-то следы и женскими духами несет! — У меня была встреча с партнерами, с ними были женщины. Что здесь удивительного. Случайность, жена. — С тобой тоже была женщина? Раньше на подобные ужины и выезды он брал меня. — Да, была. Секретарша. Мне нужны были ее рабочие навыки, — затем расстегнул брюки, снял и бросил на пол вместе с бельем. — Можешь поискать волосы или следы на трусах, — ушел в душ, оставив меня обтекать униженную. Каждый день я находила рубашки в корзине для стирки, откровенно вонявшие сладкими духами. Меня тошнило и рвало от них постоянно... После пяти лет брака муж заявил, что никогда не любил меня и приказал исчезнуть из города, иначе убьет. Отец требует сделать аборт, развестись и выйти замуж за нужного ему человека. А я... Я абсолютно не понимала, чем провинилась перед ними...

– Наш брак будет фиктивным и продлится пять лет со дня рождения ребенка, – с этих слов началась моя брачная ночь. Я резко вскинула голову. В смысле? Что это значит? Как это вообще? – Фиктивным? Я не очень понимаю… – Сегодня мы подписали документы, помнишь? Я кивнула. Да, было такое. – В них помимо стандартных условий есть еще несколько. Для нас обоих этот брак – вынужденная мера. Через пять лет ты станешь свободной и обеспеченной женщиной. Я оплачу тебе махр: ты не в чем не будешь нуждаться. – Но почему? – Потому что есть женщина, которую я люблю. Я не могу бросить своего ребенка. Не могу отправить тебя на аборт, понимаешь? Но и любить тебя не могу. У меня задрожали руки от унижения. – Есть еще одно условие, – голос Аделя стал глуше и жестче. – Наш ребенок. Если ты родишь девочку, то она останется с тобой, а если мальчика, то я заберу его. Пацану нужно мужское воспитание. – Что?! Что ты хочешь?!

— Ты уроки сделала? — привычно зашла и принялась собирать с пола разбросанные шмотки, фантики от конфет, тетради, вываленные из рюкзака. Из одного кармана кофты вывалилась парилка, популярная сейчас у подростков. — Николь?! — я ошарашенно повернулась к ней. Двенадцать лет! Двенадцать! — Это что вообще?! Николь изменилась в лице и тут же завершила разговор с подружками. — Не твое дело! — огрызнулась. — Ты мне не мать и не надо шариться по моим вещам! — выхватила из моих рук вейп. Эта маленькая поганка буквально кидалась на меня! Это с каких пор стало допустимо? Ни я, ни Мирослав так ее не воспитывали! — Твой отец приедет, и мы поговорим обо всем, что произошло в этой комнате, — строго произнесла я. — Скоро ты не будешь распоряжаться здесь, — неожиданно выдала и, схватив телефон, ткнула в лицо коротким видео. Мир и Лика, мой муж и его бывшая жена, пили вино, потом она поцеловала его. Долго. Мучительно долго. Он не оттолкнул... ❃❃❃❃❃ Уже год я жила в постоянном напряжении. Вроде бы ничего не изменилось в моей жизни: любимый муж, маленький сын, падчерица, которую растила с четырех лет, хорошая работа, дом, достаток и… бывшая жена моего мужа...

Эва Сергеевна, простите за нескромный вопрос: вы замужем? – кольца нет, но все же. – С какой целью интересуетесь? – Жениться хочу. – На ком? – нахмурилась она. – На вас, – просто ответил. Чувствую, моя женщина. Не думал, что так бывает. Не собирался жениться в принципе. А сейчас иного выхода и предложить не мог. Моя, чую всеми своими органами чувств, уж простите за тавтологию. – Я не замужем, но… – Я тоже, – довольно вставил. – Тоже не замужем? – саркастично заметила. – В нашей стране это запрещено, Ярослав Игоревич. – Эва Сергеевна, вы меня буквально вынуждаете доказать мою ориентацию. Поход к врачу обернулся для меня болезнью – любовь, черт возьми, с первого взгляда. Жениться хочу! Но почему-то дама сердца против. Ничего: догоню, объясню и в загс!