Лидия Чарская

Впечатления Лидии Чарской о семи годах, проведенных в Павловском женском институте в Петербурге, стали богатым материалом для будущих книг, в которых она рассказывала о юных девушках, тонко описывая их душевные переживания. В это издание вошли две повести о сильных, смелых и добрых девочках: гимназистке Лене Икониной и институтке Люде Влассовской.

В свое время книги Лидии Алексеевны Чарской по своей популярности могли поспорить с изданиями поэтов Серебряного века. Повесть «Сибирочка» — это удивительная история княжны Александры Гордовой, волею судеб разлученной с родным отцом и выросшей в таежной глуши. Девочке предстоит пройти множество испытаний, преодолеть невзгоды и опасности, обрести верных друзей, прежде чем она сумеет отыскать отца. Жизнелюбие, благородство, отвага — вот те качества юной героини Лидии Чарской, которые покорили не одно поколение юных читателей. А увлекательный сюжет до самого финала не позволит оторваться от книги!

Повесть «Сибирочка»- одно из лучших произведений, написанных для детей популярной детской писательницей начала XX века Л. А. Чарской. На князя с его годовалой дочкой в тайге нападает стая волков. И, чтобы спасти свое дитя, князь привязывает его к дереву, а сам, жертвуя собой, отвлекает свирепых хищников. Девочку находит охотник, оставляет у себя и воспитывает по законам тайги. Через несколько лет бандиты убивают охотника и «сибирочка» остается совсем одна

«Лишний рот» – повесть о мальчике-сироте Васе, которого приютил священник отец Паисий. По-разному относятся к приемышу в семье священника. Кроме семерых ребятишек в доме живет мелочная и сварливая свояченица Лукерья Демьяновна, которая вечно попрекает мальчика, называет «лишним ртом», наваливает на его плечи самую тяжелую работу. Но благодаря великодушию, душевной чистоте и стойкости характера Васи отношение к нему постепенно меняется. После долгого времени тоски и одиночества он, наконец, чувствует себя дома, в родной семье, где его любят и ценят.

У меня появилась тайна, в которую посвящены лишь двое: Галка и я. Пока Борис на службе, я исписала несколько листов своим крупным мальчишеским почерком, вложила их в огромный конверт, надписала на нем адрес и большущими буквами поставила «заказное». Это письмо – мой смелый и дерзкий замысел. Я думаю о нем все время, пока Галка шагает по снежной дороге в городской почтамт…

Содержание: Саша Чёрный – «Рождественский ангел» Александр Куприн – «Чудесный доктор», «Бедный принц», «Ёлка в капельке» Сельма Лагерлёф – «Святая ночь» Лидия Чарская – «Две ёлки»

Я хочу сказать еще что-то и не могу… Мои мысли кружатся, как огненные птицы, и душа моя горит, как в огне. Смутные образы встают передо мною. Я не в силах оставаться в этих залах, меня влечет на воздух, за стены Смольного монастыря. Лечу как на крыльях, несусь по длинным коридорам, оставив в недоумении моих подруг. Беру извозчика и умоляю его скорее ехать на Фонтанку. Что-то толкает меня, что-то гонит вперед… Желание писать стихи, как бывало в дни юности и отрочества? Вылить в дневнике свои мысли на бумагу? Нет, это что-то другое, чему еще нет названья, нет имени, что совсем еще ново и непонятно для меня…

В этот сборник включены две самые известные повести Лидии Чарской – «Записки маленькой гимназистки» и «Сибирочка». Центральные персонажи произведений – девочки, которые, несмотря на сложные обстоятельства, сохраняют честность и благородство. Эти проникновенные истории, наполненные верой в доброту и справедливость, познакомят юных читателей с милосердием, стойкостью и искренней дружбой.

Священник, отец Василий Крестовоздвиженский, которого гимназисты по неизвестной причине прозвали отцом Капернаумом, придерживая рукой лиловую, шелковую рясу, тихо шуршащую при движении, вошёл в класс. Быстро оглядев учеников, батюшка тотчас понял, что у «нечестивых ариан», как он именовал (а вслед за ним и вся гимназия) восьмиклассников, произошло что-то необычное.

Обезумев от страха после слов сына, крестьянка заметалась по своей жалкой избенке. То она судорожно хваталась за посуду и без толку переставляла ее с места на место, то кидалась к детям, обнимала их, прижимала к груди и, шепча молитвы, будто пыталась уберечь. По лицу ее текли слезы отчаяния. Девятилетний Ванюша, глядя на мать, тоже горько рыдал. И только Мартын мрачно насупился, свел темные брови и до боли сжал в кулаках свои еще детские руки.