Джон Шерман

«Взглянуть на себя всего лишь раз, и потом снова, и снова… — это движение от бесконечного процесса самоописания к бесконечному приключению самоисследования». Прямо сейчас, в настоящий момент, взгляните на себя внутренним взором. Посмотрите, нельзя ли прямо сейчас, когда вы читаете это, поймать краем глаза всего лишь проблеск чувства себя, самости себя, глубокой и фундаментальной обыкновенности себя. Если вы сделаете это один раз сознательно, вы, без сомнения, сделаете это снова… и снова… и снова… И, в конце концов, наступит день, независимо от того, что вы еще делаете или не делаете, безотносительно к тому, что еще происходит или не происходит с вами, придет день, когда вы заметите, что глубинного страха перед жизнью больше не существует – старое ложное понятие о вашей природе улетучилось при соприкосновении с реальностью вашей природы.

Страх жизни возникает в нас автоматически, скорее всего в тот момент, когда мы выходим из утробы, то есть в момент физического рождения. Невинные, не подозревающие ни о чем, мы внезапно сталкиваемся лицом к лицу с тем, что позже назовем опытом, чувствами, переживаниями, эмоциями и так далее. Наше сознание из глубокого сна утробы попадает в кипящий мир насильственного и беспорядочного движения, боли, удовольствия, шума, слепящих огней и всей остальной драмы, сопровождающей наше рождение. Страх вследствие этого наступает неизбежно… Джон Шерман (John Sherman, 1942) провел большую часть своей жизни, веря, что он находится в ловушке в этой тяжелой, сбивающей с толку и возможно бессмысленной жизни. Осенью 1994 года, он попал в мир духовных вдохновений и достижений, удивительных опытов просветления и ярчайших проблесков понимания недвойственности. На протяжении следующего года и шести месяцев он читал все, что попадалось ему в руки, связанное с вопросами освобождения: сутры, шастры, упанишады, учения, истории об учителях и гуру, поэзию, философию, метафизические гипотезы и прочие писания каждой традиции и религии. Он был насыщен этими красивыми идеями и был опьянен их обещаниями. Он практиковал каждую практику, а также мог войти в состояние самадхи по желанию. В это время, он написал, что мог буквально «слышать как камни беззвучно поют арии Бытия». Он понял наконец, что ему надо найти лишь одну-единственную вещь, которая помогла бы раз и навсегда решить вопрос возможности жить без страха и чувства ничтожности.