Аня Васнецова

Я, конечно, слышал, что девушки подкидывают своих детей их папашам. Но чтобы самому стать героем подобной сомнительной истории Увольте! Но надо же такому случиться! На меня свалилось сразу три бедствия! ТРИ! И теперь моя основная задача не только выжить, но и выяснить, кто их мама? И где она?

– Я с тобой никуда не пойду! – упирается девочка. – Я к маме хочу!Она надувает губы и складывает руки на груди.Но я тоже не пальцем деланный.– У тебя всего два варианта: либо со мной, либо в интернат. А в интернате тебе вряд ли понравится.Да как объяснить четырехлетке, что хочу ей помочь?Вот откуда чувство отвественности за эту девчонку взялось?! Будь оно неладно!– Ты плохой дядя! – не успокаивается она.А окружающие уже начинают на нас косо посматривать.– Ладно, малявка, сама напросилась! – не церемонясь больше с мелкой, подхватываю ее на руки.Когда неуправляемая фура летела прямиком в соседнюю со мной машину, я не нашел ничего лучше, чем столкнуть ту с дороги. Теперь у меня на руках маленькая девочка. А ее мама – та самая единственная девушка, которую я любил.

– Ма-а? – слышу очень печальный детский голосок.Люди, проходящие мимо, не обращают внимание на малыша. Тот неустойчиво бредет по глянцевому полу и тянет ко всем маленькие ручки.Замечает меня.Крохотные ладошки сжимают мою штанину. Голова малыша запрокидывается. И наши глаза встречаются.– Ма-а?– Вообще мимо. Совсем не «ма-а», – качаю головой.Малой шмыгает носом. Глаза его увлажняются. Но плакать он не начиняет. Отпустив мою штанину, снова крутит головой в поисках своей мамы.– Пойдем, найдем твою маму, – решаю помочь крохе.Я раньше никогда не имел дел с детьми. Не знаю, как вести себя с ними, как общаться. Но придется, так как решился помочь потерявшемуся малышу найти его маму. А с этим появляются серьезные проблемы. И какой же сюрприз меня ждет, когда узнаю, КТО его мама.

Девочка по имени Аня пишет письмо Деду Морозу, в котором просит не подарки, а помощи в поиске своего давно потерянного отца. Она верит в чудеса, которые происходят в Новый год, и надеется, что волшебство поможет ей воссоединиться с папой. Аня украшает письмо рисунками и сердечками, чтобы оно понравилось Деду Морозу. Затем она берет с собой плюшевого щенка по имени Буся, фонарик и рюкзак, чтобы отправиться в лес на поиски отца. Несмотря на метель и темноту, девочка решает действовать, надеясь на новогоднее чудо.

– Мамочка! – прилипнув к стеклу лицом, жалобно плачет девочка.– У нее тяжелое состояние, – рассказывает врач про мать ребенка. – И ей пока нельзя принимать посетителей. Придется вашей дочке потерпеть.Дочке?Она приняла меня за ее отца?– Вот эта девочка! – кричит какой-то мужчина в халате и указывает на Бельчонка. – Думал, сбежала.Малышка тут же отлипает от стекла. Смотрит на парочку испуганными глазами. А потом вцепляется в меня мертвой хваткой.– Я не хочу в детдом!Смотрит жалобными глазами, ища во мне защитника.И что же мне с тобой делать?Решив помочь маленькой девочке добраться до больницы, я и подумать не мог, что ее мама – та самая девушка, которую я любил больше жизни. И которая бросила меня семь лет назад.

– Я сейчас папу позову! Это его дом! – надрывается мелкая нахалка, пролезшая на мой участок, и грозится кому-то по ту сторону забора. – Он тебе устроит! Так что лучше убегай! У меня от такой уверенности брови сами лезут вверх. – Значит, папу зовешь? – подаю голос у нее за спиной. Она вздрагивает и оборачивается, но все равно продолжает кричать в сторону невидимого противника: – Все! Мой папочка уже здесь! Сейчас тебе будет плохо! Беги! А мне вполголоса выдает приказ: – Ты будешь моим папочкой! Взгляд у нее упрямый, будто решение уже принято за нас обоих. – С какой стати мне на это подписываться? – Потому что если узнают, что я мамина дочка, маму выгонят с работы. Я слышала, как она сказала тете: если ее уволят… – малышка округляет глаза для убедительности, – ей конец. На свою голову я вмешался и заступился за дерзкую девчонку, которая вломилась ко мне на участок. Почему-то окружающие тут же решили, что она и правда моя дочь. И очень скоро это недоразумение оборачивается проблемами: теперь уже мне приходится уговаривать ее сыграть роль моей «дочки» по-настоящему. А окончательно все летит кувырком, когда я узнаю, кто ее мама.

— А ну, марш отсюда! — отчитываю всхлипывающую кроху. До сих пор не понимаю, как она умудрилась пробраться в мой недавно купленный дом. — Не уйду, пока жвачку не дашь! — упрямо заявляет она, хмурится и сердито топает ногой. Кто бы мог подумать, что даже в забытой богом деревушке меня попытаются «развести» на взятку — и сделает это маленькая девчонка. — И что ты вообще здесь делаешь? — стараюсь говорить построже. — Гномиков жду! А что мне ещё делать?! Жвачный гномик придёт, оставит жвачку — тогда уйду. Выбора нет, приходится выкручиваться. — Считай, гномик уже пришёл, — говорю ей. — Где-е?! — она округляет глаза и вертит головой по сторонам. — Вот, — показываю на себя. — Я даже лучше: держи сразу несколько. Малышка подозрительно щурится. — А может, ты ещё и папой моим станешь? Я уехал из столицы в глухую деревню, чтобы передохнуть от дел, интриг и бесконечной гонки. Хотел тишины, купил дом на окраине — но спокойствия не вышло. Заброшенный дом давно облюбовала местная детвора, а одна особенно бойкая девочка ещё и вымогательством промышляет. И самое интересное — кто её мать.

— Чего застыл? Поехали! — в салон внезапно влетает незнакомая мелкая девчонка и властно шлёпает ладонью по панели. Я оглядываю заправку, где остановился долить бензина, пытаясь понять, откуда взялась эта нахалка и кто её потерял. — Ты откуда тут взялась? — спрашиваю на всякий случай. — Я не взялась. Я крутая и страшная. Это от меня все убегают. — И чем же ты такая страшная? — фыркаю, передразнивая, хотя мне совсем не до шуток: мне нельзя светиться, а тут ещё эта малявка. — Я ограбила заправку! За мной копы! И тебя тоже повяжут! Газуй, быстрее! Я человек известный в определённых кругах. Под задними сиденьями моей машины спрятаны десятки лярдов наличными, и лишнее внимание мне противопоказано. Всё шло идеально — ровно до того момента, как в мою тачку запрыгнула непонятно откуда взявшаяся девочка, которая во что бы то ни стало хочет спасти маму. И почему‑то заставляет меня ввязаться в это вместе с ней. А самое невероятное начинается, когда я наконец вижу её мать — и узнаю…

– Помогите… – тоненько, с дрожью от холода, шепчет малышка, переминаясь босыми ножками на ледяном бетонном полу. – Мамочка там, – она показывает пальчиком на балконную дверь в квартиру. Дым из щели в проеме валит всё плотнее. – Спасите маму! В ее голосе столько отчаяния, что пройти мимо невозможно. Я уже поднялся к ней на третий этаж. Городская прогулка с мэром под вспышки камер внезапно превращается в ЧП. Предвыборный пиар летит к черту. Мэр злится. А ведь она собирается довести наши отношения до свадьбы. Для моего бизнеса согласиться было бы выгодно. Но есть одно «но»… Мать девочки увозят в больницу, а ребенок остается у меня на руках. И правда о ее отце выбивает почву из-под ног.