То, что мы делаем, на языке Уголовного кодекса называется подрасстрельным преступлением, и хотя власть имущие, заискивая перед Советом Европы, заморозили исполнение смертной казни — к нам это не относится….
Впрочем, случись что, ни один из нас не доживет до суда. Правда, о нашем существовании никому не известно, разве что «лица заинтересованные» догадываются. Однако догадки пока так и остаются догадками, иначе я представляю, какой бы неистовый визг, вой и улюлюканье подняла демократическая пресса — Убийцы!!! Фанатики!!! Изуверы!!!
…Да плевать на этих продажных писак! Мы не считаем себя преступниками, а отвечать будем только перед Богом и собственной совестью. Что решит Господь на Страшном Суде — неизвестно, но совесть у нас спокойна…
